когда в италии громили красные бригады, а заодно и движение “автономия”, не разбираясь во внутренних противоречиях пост-марксистов, мешая в одну кучу всех и вся, газеты писали: у нас в стране изобрели превентивную жизнь. речь шла о том, что в какой-то момент активистам “автономиии”, уже определенным за решетку без суда и следствия, по законам “исключительного положения”, в качестве превентивной меры, срок такого вот исключительного заключения был продлен до полутора десятков лет.

но значение “превентивной жизни” глубже. сама эта конструкция как нельзя лучше иллюстрирует то,о чем козелек писал, как о темпорализации политического дискурса. речь шла о том, что политические концепции, некогда суммировавшие реальный политический опыт целых поколений, в какой-то момент стали устремлены в будущее. наиболее ярко это проявилось в кантианской конструкции вечного “республиканского мира”, которая вскоре была модифицирована шлегелем в предтечу “демократизации” – “демократизм”.

с этого момент, назвать кого-то аристократом или демократом больше не означало дать определние. теперь это было равносильно вынесению приговора. причем, в качестве суда выступала История. ясен пень – прогрессивная, эсхатологическая история. нечто подобное происходит сейчас и с “нацизмом” или “коммунизмом”. а заодно – и с попавшейся под горячую руку инквизицией.

и так, будто одной этой метаморфозы было бы мало, срабатывает другой отмеченый козелеком момент. если раньше политические концепцииобсуждались в узком кругу специалистов, теперь, благодаря сми, они стали достоянием масс. которые только рады поиграть возникшими благодаря темпорализации нормативными коннотациями. заслышав сегодня слово “инквизиция”, никто не пойдет снять с полки “братьев карамазовых”. кому интересен великий инквизитор с его идеями о конвертируемости свободы в порядок, если можно просто заглянуть в википедию. (это – ждя желтой прессы. пресса “качественная” заглядывает в эстонскую энциклопедию.)

между тем, достоевский, как раз, и пишет об инквизиции, как о “превентивной жизни”. о жизни взаймы. точнее, – в залог. отсюда и старуха-процентщица.

кстати, именно против такого рода жизни создавалась “автономия”. как форма политической организации здесь-и-сейчас, без расчета на интеграции/демократизации, обещающие все в будущем. и оправдывающие этим будущим любые сегодняшние мерзости.