в интервью russia today медведев изображал юриста и говорил об уникальности косова.

его ответ сводился к тому, что любой случай является уникальным; требующим понимания - и действия - не на основе правил, которыми он описывается, а … на основе чего, собственно?

по сути, медведев сказал, что на начатом признанием независимости юо и абхазии этапе любое действие будет “трудным, но необходимым решением”. норма уступает место аномии. точнее, они становятся неразличимыми. кто решил(ся), тот и прав.

разница с косово, все же, есть. точнее, различий несколько.

косово в период своего фактического пребывания в качестве западного протектората было подотчетно западу на предмет внутренней политики. не то, что бы запад очень уж контролировал всякие косовские безобразия, но, в принципе, провинция должна была хоть формально, на процедурном уровне, но соответствовать.

во-вторых, и в-главных, все те годы, что шел спор о статусе косово, он, спор, шел в публичном пространстве (как это предполагалось и последним пунктом плана медведева-саркози для юо и ). с согласными и несогласными, но.

россия признала независимость юо и абхазии (первая из которых лишь недавно стала делать упор именно на независимость; предыдущие референдумы были о присоединении к россии) по принципу александра первого: мои войска в цхинвали.

собственно, к этому и сводится медведевская реальная трактовка sui generis - к приглашению танцевать за рамками права вообще, в сфере “трудных решений”, подкрепленных реальной силой.

но загнанных лошадей пристреливают. загнанных медведей тоже. гонка вооружений не нужна никому. но россии - меньше всех.